И это та самая история, и она начинается прямо сейчас.
— Кто-то плюнул! Не ну ты видел, безобразие, Соломон, я тут с чаем стою. А если бы в чай попали микробами своими? В такое-то время китайского вируса опасно для жизни.
Соломон посмотрел в сторону говорящего живого существа и продолжил глядеть на стену соседнего дома, медленно втягивая густой дым сигареты. Затем снова посмотрел на эту женщину, стоявшую на балконе его дома с кружкой горячего чая.
— Попали — сделала бы новый!
Отчетливо в своей манере с каплей безразличия сказал Соломон:
— И вообще-то тебе уже пора, я собирался ложится спать, у меня завтра пациент!
— Да, я действительно задержалась! — ставя недопитый чай на подоконник, сказала девушка.
— А с соседями сверху, которые харкают, разобрался бы уже, так и на голову плюнуть недолго.
Соломон молчаливо закрыл окно балкона, взял недопитый чай этой мадам и вышел проводить ее до двери в квартире. После взял сумку, вложил девушке в руку и избавился от нее, как избавляются от блудниц.
Закрыл за ней дверь и вылил чай в раковину, размышляя о завтрашнем пациенте.
Снова посмотрел в окно на стену соседнего дома, которая была его единственным видом из окна. И улегся на диван, медленно закрыл глаза и открыл их уже утром, посмотрел на наручные часы и услышал, как после прозвенел будильник.
Соломон всегда просыпался за двадцать секунд до будильника: за годы службы в «Моссаде» (израильском спецназе) он оттренировал идеальную дисциплину. Следующие его действия считались ритуальными, и, словно под копирку, изо дня в день он повторял одно и то же. Сначала он подходил к окну и смотрел на стену, будто на Стену Плача в Иерусалиме, молясь при этом. На стене он разглядывал надписи, выбитые на кирпичах. Это были имена людей, множество имен, и каждое из них он упоминал в своей молитве. После этого он подходил к соседней стене уже внутри его квартиры и разглядывал почетные грамоты и всевозможные награды, медали и вырезанные из медицинских газет и журналов статьи. Там, где упоминалось его имя. И вспоминал, сколько времени он потратил, чтобы добиться всего этого.
В России медицинские журналы называли его целителем жизни, но в землях его родины, там, где соленое море и великая река Иордан, его называли именами палача, немого убийцы, калечащего жизни и судьбы. Но впрочем, об этом уже забыто, и помнит это только стена с именами, которую он использовал как список имен убитых от его руки.
Уже давно покинул этот мир тот старец, который выгнал его из родных мест со словами проклятий, но Соломон помнит слова старика и хранит их в душе. А слова его были жестоки для ушей Соломона: «Не увидишь глазами воды реки сей, не почувствуешь языком соли моря того, и не ступит стопа твоя на песок страны твоей, пока не будет искуплена кровь братьев твоих, которых ты кинул в погибель. Так что езжай в страну дальнюю и спаси жизней в семь раз больше, чем погубил». Именно эти слова Соломон каждодневно утром повторяет как молитву, глядя на стену соседского дома. А на стене той имена умерших от рук его, и имен там тысяча.
Ну вот прошло время воспоминаний, и, не завтракая, Соломон поехал на работу. Сегодня утро было очень солнечным, но сентябрьское движение учеников-первоклашек не давало расслабиться на дороге и прибавить газу. Куда ни посмотри, бежали школьники и их родители.