Мой путь лежал в ущелье вблизи города Арден, где и завалило
дипломатический корпус.
Вид
ущелья был страшен… Высокие отвесные скалы вздымались на огромную недосягаемую
высоту. Узкая, не более четырех-пяти метров тропа вилась между этими
громадинами. Огромные глыбы камня, комья песка, щебня, как будто небрежно
смахнутые с вершин гор чьей-то гигантской рукой, преграждали дорогу. Путь через
ущелье на ту сторону занимал два-три часа, а объезд по горной тропе — почти
сутки.
Карету
пришлось оставить в ближайшем трактире — зря мы ее купили. Я пересела на смирную
низенькую лошадку, что для меня оказалось почти непреодолимым испытанием —
последний раз я садилась на лошадь еще в подростковом возрасте. «Ничего,
привыкну, — бормотала я, потирая отбитую задницу, — у льер отменное здоровье».
Мои
телохранители косо посматривали на меня, но критиковать боялись, только
хмыкали, глядя на великую воительницу… Двое ехали по бокам, третий прикрывал
спину…
Когда я
спросила Рему, откуда взялась такая ровная тропа среди почти неприступных скал,
он ответил, что она осталась, по слухам, еще со времен магической войны
тысячелетней давности. Тогда маги умели резать горы как масло. «Значит, —
подумала я, — и обвал устроить в их силах. Но об этом я буду думать потом,
после того как найду Ленара».
В итоге
я не стала в деревне расспрашивать о погибшем дипломатическом корпусе больше
месяца назад. … Думаю, всё, что можно, уже выведали шпионы Реджинанда, и если
это ничего не дало, то мне бесполезно и пытаться. Вместо этого я устроилась в
таверне с той стороны ущелья. Взяла две простенькие комнаты, себе и троим
мужчинам и стала потихоньку знакомиться с местными женщинами.
У меня
была твердая уверенность, что если бы я не была из другого мира, более
активного, более отчаянного и дерзкого, ничего бы не вышло. Вследствие моей
«чужеродности», я была на порядок смелее и решительнее здешних женщин. Местным
аристократкам даже в голову не придёт ночевать в грязных придорожных тавернах и
ехать в сопровождении троих мужчин разбойничьего вида. И, естественно, не придет в голову якшаться с
оборванными крестьянками, разговаривать с ними на равных, хвалить пирожки и
восхищаться вышивкой на платье.
«Может,
для этого меня сюда и переместили?» — думала я — «Настоящая Эльвиола. Да, черт
побери, она бы и не влюбилась бы в Ленара, не то, чтобы куда-то за ним ехать».
План
был прост. Я знакомилась с одной-двумя женщинами, кто во дворе хозяйничал, кто
возле колодца стоял, кто на рынке. Легенда у меня была незамысловата. Мой
непутевый муж сбежал с любовницей, прихватив приданое моей старшей дочери. Дома
остались средняя дочь и маленький сын. Я разыскивала супруга со своими братьями.
Внешность описывала, похожую на Ленара. Братья, конечно, выглядели не очень.