Она даже не обратила внимания на нашего гостя, просто ринулась ко мне на руки, и мы с ней быстро сбежали вниз по лестнице в уборную. Закончив все свои дела, мы поднялись наверх, где в том же самом месте стоял неподвижно Соломон. Тогда Кира, увидев его, снова спросила, кто это, и я рассказал ей свое утреннее приключение. Они поздоровались, и Кира пожала ему руку, отблагодарив его за мое спасение, при этом вопросительно смотря ему в лицо:
— Мне кажется, Соломон, я вас где-то видела.
Незамедлительный ответ не заставил себя ждать:
— Да, Кира, мы с вами уже встречались ранее.
Тут все в комнате, кроме нашего гостя, изрядно напряглись.
— Накануне вашего отъезда вы должны были делать у меня операцию. Я тот самый хирург. Хороший друг вашей матери, мы вместе работали какое-то время.
Тут моя соседка по комнате посмотрела на него, и на ее глазах навернулись слезы. Видно было, что Кира в этот момент полностью погрузилась в мир женской чувствительности. Она начала неразборчивую речь:
— И вы приехали в такую даль за мной?
— Да, Кира, за вами.
Тут я и сам испытал прилив влажных перемен у себя на глазах. Мне эта ситуация показалась такой душераздирающей и волнительной, что я был просто поражен решимостью и стремлением помогать этого человека. Он был, как тот Дагестанец с телевидения, с хорошей целью.
Кира сказала еще пару предложений, прежде чем я начал что-то понимать:
— Я вижу вашу веру в себя и в меня и хочу попросить прощение у вас, Соломон. Я уехала, никого не предупредив, потому что уже была полностью лишена веры в то, что снова смогу ходить. И вы сами знаете, сколько операций я уже перенесла. Мне просто надоело снова резать мое тело, не имея успеха в этих жертвах. Но ваша вера дает мне силы, и ваш поступок грандиозен. То, что вы приехали сюда, уже показывает, что в этом мире есть чудеса и он еще не во всю испорчен.
И тут она посмотрела на меня и обратилась уже ко мне:
— Вот, Артур, перед вами стоит проявление того, что противоречит вашим рассуждениям. Я понимаю, что этот человек один на миллион, но всё же он есть, и то, что он тут, — доказательство, что, если его поставить на место того проворовавшегося генерала или, кто там был, полковника, он бы сохранил свою душу.
Соломон молчал, опустив глаза, сам понимая, что он уже давно потерял свою душу. Я молчал, понимая, что в чемчем-то она права. Но также этот поступок Соломона подтверждал мою теорию «Капернаума»: мир, в который Бог посылает чудеса, но в Бога большинство всё равно не верят. Кира, посмотрев на нас обоих и остановив взгляд на нашем госте, сказала ему:
— Я обязательно поеду с вами, но не сейчас. Я обещала Артуру быть с ним весь сезон ураганов и помогать ему. Так что у вас есть два варианта. Один вариант: отправиться обратно без меня сейчас, и я по приходе весны вернусь в Москву.